Кризис поставки серебра: бумажное процветание и нехватка физического металла

Эта игра еще далека от завершения — следующий рост, возможно, не будет обусловлен оптимизмом, а возникнет из-за необходимости «обязательно покупать».

Автор: Jeffrey Christian’s Wig

Перевод: Deep潮 TechFlow

Оригинальная ссылка:

https://x.com/silver207141/status/2019397406639493172

Начало 2026 года на рынке серебра пережило не обычные колебания, а типичные признаки системного давления. Спотовая цена в конце января взлетела до исторического максимума в 121 доллар за унцию, после чего последовало одно из самых жестоких однодневных обвалов в истории товаров — падение на 31-36%. Цена кратковременно восстановилась выше 100 долларов, но затем снова пошла вниз. Фьючерсные контракты также оказались в хаосе: в феврале 2026 года на Чикагской товарной бирже (CME) многократно повышали маржу (сейчас до 60%), что вызвало цепную ликвидацию и привело к однодневному падению на 8-9%.

Несмотря на то, что мейнстримовые аналитики объясняют это макроэкономическими факторами — левериджевой спекуляцией, требованием маржи и укреплением доллара, — базовые данные раскрывают более шокирующую правду: физический рынок серебра находится в крайне острой нехватке, а бумажный рынок фьючерсов по своей структуре уже не может соответствовать наличию поставляемых запасов. Биржа COMEX, входящая в CME Group — крупнейшую в мире платформу по торговле металлами фьючерсами и опционами, — показывает признаки того, что контракт COMEX с высокой вероятностью столкнется с «неудачей при поставке» — особенно это касается предстоящего контракта на март 2026 года.

Глобальные запасы серебра уже пятый год подряд находятся в состоянии постоянного дефицита, и ожидается, что в 2026 году дефицит достигнет около 200 миллионов унций. Под воздействием солнечных панелей, электромобилей, инфраструктуры 5G, аппаратного обеспечения AI и медицинских технологий промышленное потребление растет значительно быстрее добычи. Китай признал серебро стратегическим активом и ввел экспортные ограничения, что перекрыло один из крупнейших источников поставок и ускорило истощение существующих запасов.

В то же время США включили серебро в список «ключевых минералов» и объявили о запуске «Проекта хранилища (Project Vault)» для резервирования ключевых ресурсов. В такие времена, когда серебро повсюду, этим не занимаются. По сообщениям, запасы на Шанхайском хранилище снизились до минимальных с 2016 года уровней.

Внутри биржи COMEX ситуация выглядит особенно тревожно. С 2020 года запасы серебра в «зарегистрированных складах» (Registered, то есть готовых к поставке) сократились примерно на 75%, и сейчас они составляют около 82 миллионов унций. Хотя общий запас составляет около 411 миллионов унций, большая часть классифицирована как «соответствующие требованиям» (Eligible), то есть не готовые к немедленной поставке. За одну только неделю января 2026 года было снято более 33 миллионов унций — это 26% зарегистрированных запасов, исчезших за считанные дни. В феврале объем поставок достиг 2700 контрактов (1380 миллионов унций), и этот тренд явно не замедляется.

Одновременно, открытые позиции по контрактам на март 2026 года остаются в диапазоне 85 000 — 91 000 контрактов, что теоретически соответствует потребности в поставке от 425 до 455 миллионов унций.

Сравнение данных:

• Доступные физические запасы: около 82–113 миллионов унций
• Бумажные короткие позиции: 425–455 миллионов унций
• Коэффициент левериджа: оптимистично оценивается в 5:1, в экстремальных случаях — более 500:1.

Даже если только 20% открытых контрактов требуют физической поставки (по историческим данным — это консервативная оценка), у COMEX просто нет достаточного количества физического металла для выполнения обязательств.

Само волатильность — свидетельство системной уязвимости. Параболический рост до 121 доллара вызван закрытием ликвидности, покрытием коротких позиций и принудительным принятием маржи. А последующий крах — не результат массовых продаж физического серебра, а принудительного повышения маржи CME, что вынудило участников с левериджем массово ликвидировать позиции. Такие «обвал» часто происходят при очень низкой торговой активности — иногда достаточно продать всего 2000 контрактов и быстро выкупить их, чтобы вызвать сильные ценовые колебания, что подчеркивает долгосрочную нехватку ликвидности.

На рынке уже неоднократно наблюдается явление «задержки физической поставки» (Backwardation), а разница в цене «обмена на физику» (Exchange-for-Physical, EFP) выросла до 1,10 доллара за унцию — это сильный сигнал о чрезвычайной острой необходимости физического металла, в то время как бумажный рынок уже не способен удовлетворить спрос.

Математика безжалостна. Производные инструменты по серебру все еще изобилуют, а физического серебра становится все меньше. Волатильность — не случайный шум, а отчаянная попытка рынка при сохранении иллюзии изобилия на бумаге компенсировать сокращение реальных запасов.

Опытные аналитики уже подают тревожные сигналы: март 2026 года может стать «похоронами COMEX». Если произойдет сбой при поставке, это будет не только история серебра — это выявит уязвимость части резервных товарных фьючерсных сделок и может вызвать цепную реакцию в глобальных финансовых рынках.

Для трезвых инвесторов очевидно: разрыв между бумажными обязательствами и реальными запасами достиг критической точки. В таких условиях физическое серебро, хранящееся вне системы, становится единственным надежным средством сохранения стоимости.

Эта игра еще далека от завершения — следующий рост, возможно, не будет обусловлен оптимизмом, а возникнет из-за необходимости «обязательно покупать».